Главная страница «Первого сентября»Главная страница журнала «Русский язык»Содержание №26/1999

Н.М.  Девятова

Морфология на уроках русского языка:

причастия и отглагольные прилагательные на -нный

При различении частей речи ученики сталкиваются с реальными трудностями. А обращение к морфологии оказывается полезным и при синтаксическом анализе предложения, и при изучении многих орфографических тем. В зависимости от принадлежности слова к той или иной части речи различается, например, написание кратких причастий и кратких прилагательных: в кратких страдательных причастиях пишется -н- (поля засеяны), в кратких прилагательных – столько н, сколько их было в полной форме (ученики рассеянны).

Но даже в том случае, когда морфологическая проблематика не связана с проблемой написания, она может стать самостоятельным и интересным предметом изучения в школе. Особого внимания заслуживает, в частности, такая проблема, как различение страдательных причастий и отглагольных прилагательных на -нный.

Полные формы причастий и прилагательных, образованные от глаголов совершенного вида, орфографически не различаются. Однако проблема «узнавания» части речи остается: одно и то же слово, выступая в том или ином окружении, оказывается то причастием, то отглагольным прилагательным. Ср.: организованный концерт (прич.) – организованный человек (прилаг.). Прилагательное мы узнаем по лексическому признаку: оно приобретает качественное значение и может быть заменено синонимом. К тому же его не всегда удается объяснить через соответствующий глагол.

Работа с таким материалом на уроках русского языка предполагает владение некоторой процедурой различения причастий и прилагательных. Однако сами признаки, на основании которых можно было бы различать такие слова, – величина искомая. Пока это проблема, еще нуждающаяся в лингвометодическом освещении.

Объяснение того, что различение страдательных причастий и отглагольных прилагательных на -нный традиционно относится к разряду трудных проблем, следует искать и в схоластическом понимании некоторых традиционных понятий морфологии.

Известно, что страдательные причастия прошедшего времени образуются от переходных глаголов совершенного вида.

Переходными считаются глаголы, обозначающие действия, переходящие на объект. Такие глаголы обычно имеют при себе прямое дополнение (существительное в винительном падеже без предлога). Однако не любое существительное может быть употреблено при том или ином глаголе. Каждый из переходных глаголов допускает при себе одни существительные и не допускает других. Это ограничение определяется правилами сочетаемости слов в предложении и словосочетании. Например: построить (дом, отношения), но не *построить человека.

Каждый из переходных глаголов может быть развернут – введен в синтаксическую конструкцию с подлежащим (обычно называющим лицо, реже – орудие действия, отвлеченный признак или отвлеченное действие), сказуемым и прямым дополнением. Например:

Рабочие построили дом.

Они построили свои отношения на доверии.

Волнение утомило мать.

Причастия, образованные от таких глаголов, сохраняют и глагольную сочетаемость: построенный дом, построенные отношения, утомленная мать.

Появление при слове на -нный каких-то других существительных, которые были невозможны при исходном глаголе, – показатель того, что перед нами уже не причастие, а прилагательное. Ср.:

 

причастия

(взволновать мать) взволнованная мать
(измучить путника) измученный путник
(утомить человека) утомленный человек

 

прилагательные

взволнованный голос
изумленный вид
утомленное лицо

Сочетаниям с причастиями могут быть приведены в соответствие синтаксические конструкции (предложения) с подлежащим, переходным глаголом и прямым дополнением. При этом существительным в сочетаниях с причастиями (они являются определяемыми словами) соответствует в предложениях позиция прямого дополнения при переходном глаголе:

 

сочетания с причастиями

мать, взволнованная разговором
путник, измученный дорогой
слушатели, утомленные речью

 

предложения

разговор взволновал мать.
дорога измучила путника.
речь утомила слушающих.

 

Соотносительность приводимых конструкций может быть достаточным основанием для того, чтобы считать формы на -нный причастиями. И, наоборот, расширение сочетаемости (по сравнению с исходным глаголом) и отсутствие соотносительности глагольных и именных конструкций может быть объяснением того, что это не причастие. Проанализируем некоторые литературные примеры:

1) И вижу берег очарованный

И очарованную даль.

(А.Блок)

Слова на -нныйочарованный берег, очарованная даль – выступают в сочетаниях с существительными берег, даль, которые невозможны в качестве прямых дополнений при переходном глаголе совершенного вида. Ср.: очаровать (кого?). Глагол допускает в роли прямого дополнения лишь одушевленное существительное (местоимение), обозначающее лицо. Лишь в сочетании с таким существительным слово очарованный будет причастием: очарованный ребенок (Ребенок, очарованный добрым Дедом Морозом, долго не мог уснуть).

В сочетаниях очарованный берег, очарованная даль прилагательное мотивируется не глаголом, а существительным очарование: очарованный – такой, которому свойственно очарование.

 

2) Слышно было, как во дворике в ветвях ветлы и липы вели веселый, возбужденный утренний разговор воробьи (М.Булгаков).

Ср.: возбудить (что?) желание идти вперед, но не *возбудить разговор.

 

3) Давно не спал Митька <...> таким взволнованным сном (Л.Леонов).

Ср.: взволновать (кого?) ребенка, но не *взволновать сон.

В каждом из приводимых сочетаний можно видеть следующее: хотя по форме они могут быть соотнесены с глаголами, смысл их объясняется не через глагол, а через отглагольное существительное.

Изменение частеречной характеристики слова приводит, как отмечалось в литературе (Виноградов, 1947; Пешковский, 1956), к развитию у слова качественных оттенков значения. Однако это скорее следствие процесса, а не его причина. Причины же появления наряду с причастиями омонимичных форм на -нный следует искать в разного рода «отступлениях» от исходной (мотивирующей) синтаксической конструкции. В этой мотивирующей конструкции Подлежащее + Глагол + Прямое дополнение для того, чтобы производное оказалось причастием, должны быть соблюдены еще и некоторые другие условия. Ограничения касаются как прямого дополнения, так и самого глагола.

Глагол в таких конструкциях должен обозначать целенаправленное действие: рабочие построили дом (хотели построить и построили) – дом, построенный рабочими.

Еще В.В.  Виноградов приводил примеры омонимичных форм: сломанная ветка (причастие) – сломанная рука (прилагательное). Оба слова образуются от переходного глагола совершенного вида сломать. Но в первом случае он ведет себя как глагол целенаправленного действия (хотели сломать ветку и сломали), во втором случае – как глагол нецеленаправленного действия (вряд ли ломание рук может быть желательным).

Соотносительность причастий с исходными глагольными конструкциями проявляется в том, что при причастии может быть вставлено дополнение, отвечающее на вопрос кем? чем?, соответствующее подлежащему в конструкции с глаголом. Ср.: Я сломал ветку – сломанная мной ветка, Я сломал руку – нельзя сказать *сломанная мной рука.

Нельзя подставить слово, отвечающее на вопрос кем?, и в такие сочетания, как растопыренные пальцы, опущенные ресницы, распрямленные плечи, сморщенное лицо и т.п. (*опущенные мной ресницы, *распрямленные мной плечи и др.). Рассмотрим еще примеры.

С сладкой улыбкой на сморщенных губах гуляла барыня по гостиной и подошла к окну (И.Тургенев);

И перья страуса склоненные
В моем качаются мозгу,
И очи синие, бездонные
Цветут на дальнем берегу.
(А.Блок)

 

При сравнении таких конструкций с классическими причастиями можно заметить и различия в значении прямого дополнения при исходных переходных глаголах. Глаголы, мотивирующие причастие, имеют при себе дополнения-объекты, обозначающие нечто внешнее по отношению к субъекту (Рабочие отремонтировали дом). В конструкциях Я распрямил плечи, Он опустил ресницы и т.п. объект – это «часть» самого субъекта. Это и объясняет причину неправильности сочетаний *распрямленные мной плечи, *обожженное мной лицо (но обожженное кислотой лицо).

Как подходить к таким словам – считать ли их нормальными причастиями, поскольку они сохраняют временное и видовое значения глагола, или видеть в них прилагательные, поскольку многие из них не проходят тест на причастие – возможную подстановку дополнения в творительном падеже?

На анализе конкретных примеров мы показали, чем могут различаться причастия и отглагольные прилагательные на -нный. При ответе на вопрос, какой частью речи является слово на -нный, полезно обращаться к анализу производящего переходного глагола, восстановив его возможные объекты – прямые дополнения. Глагол в соединении с прямым дополнением и подлежащим мы рассматривали как основу анализа. Причины же, на основании которых слово, образованное от переходного глагола совершенного вида, может считаться не причастием, а прилагательным, мы находили, объясняя разного рода отступления от классических конструкций, мотивирующих страдательные причастия прошедшего времени. У большинства слов морфологическое различие проявляется синтаксически – в расширении сочетаемости слова. Причастие вступает в связь только с теми существительными, с которыми сочетается и производящий переходный глагол, прилагательное – с другими существительными, которые исключались при исходном глаголе. Для ряда слов быть прилагательным означает иметь качественное значение, что отчасти проявляется и в том, что значение их может быть объяснено не через глагол, а через отглагольное существительное (очарованная даль). У некоторых слов морфологическое различие проявляется и орфографически – в потере одного н: конченный проект (прич.) – конченый человек (прил.).

 

ЛИТЕРАТУРА

1. Виноградов  В.В. Русский язык. Грамматическое учение о слове. М., 1947.

2. Пешковский  А.М. Русский синтаксис в научном освещении. М., 1956.

 

Рейтинг@Mail.ru