Главная страница «Первого сентября»Главная страница журнала «Русский язык»Содержание №30/2002

ЖИЗНЬ ЯЗЫКА

А.В.ГЛАДКИЙ


Большевистский и большевицкий

(Несколько наблюдений и гипотез)

Хотя слова большевик и большевистский долго были в числе самых употребительных слов русского языка, мало кто задумывался тогда – да и сейчас мало кто задумывается, почему прилагательное от большевик образуется таким необычным способом и почему у этой пары слов есть только одна аналогичная – меньшевик и меньшевистский. Не задумывался над этим и я, пока не услышал недавно такое объяснение: первоначально употреблялось прилагательное большевицкий, образованное так же, как, например, дворницкий от дворник или калмыцкий от калмык, а потом большевики почему-то наложили на него запрет и оно было заменено словом большевистский, образованным от большевизм. Это объяснение сразу показалось мне неубедительным, хотя слово большевицкий мне не раз встречалось в советской литературе, оно звучало в кинофильмах и радиопередачах (причем всегда, насколько могу припомнить, в речи противников большевизма). Ведь от существительных на -изм прилагательные обычно образуются иначе: от коммунизм – коммунистический, от национализм – националистический, от туризм – туристический. (Последний пример особенно показателен, потому что есть и слово туристский, образованное от турист, и смысловое различие между этими двумя прилагательными очевидно: нельзя сказать туристская фирма или туристические песни, можно только туристическая фирма и туристские песни.) Поэтому я стал рыться в словарях, и кое-что удалось выяснить, хотя и не с абсолютной достоверностью.

О прилагательных большевистский и меньшевистский я прочел в этимологических словарях вот что: наряду со словами большевик и меньшевик существовали слова большевист и меньшевист, впоследствии вышедшие из употребления, и именно от них образованы эти прилагательные. Правда, только в одном словаре я нашел ссылку на источник – вышедшую в 1920 г. в Париже книгу: A.Mazon. Lexique de la guerre et de la revolution en Russie. Эта книга есть в библиотеке Института русского языка РАН. О слове большевик там сказано (на с. 26), что оно представляет собой «русифицированную форму от большинствист, большевист»; аналогично о слове меньшевик. К сожалению, никаких ссылок у Мазона в этом месте нет, но его правота косвенно подтверждается наличием соответствующих слов в других языках – нем. Bolschewist, Menschewist, фр. bolcheviste, англ. Bolshevist, которые нелегко объяснить, не предполагая заимствования из русского. (Конечно, хорошо было бы найти прямые подтверждения – подлинные документы той эпохи или, скажем, мемуары, содержащие эти слова. Но, может быть, я ломлюсь в открытую дверь и такие тексты хорошо известны?)

А откуда же взялось слово большевицкий? Я просмотрел прилагательные на -цкий в «Грамматическом словаре русского языка» А.А. Зализняка, в нем, как известно, слова расположены в инверсионном алфавитном порядке, и выбрал из них те, которые образованы от существительных на (все эти существительные, кроме двух – кабак и Яик, – названия лиц). Таких прилагательных оказалось 55. Два из них – левацкий, чехословацкий – заведомо не могли возникнуть раньше XX столетия, и есть еще четыре, появление которых именно в этом столетии представляется довольно вероятным: кулацкий, бедняцкий, середняцкий, коми-пермяцкий. Два из этих шести слов образованы по аналогии с более старыми словацкий, пермяцкий. Между тем в XX столетии и еще раньше, в последние десятилетия XIX, возникло множество новых существительных с суффиксами -вик-, -ник-, -чик-, -щик-, и ни от одного из них не было образовано прилагательное на -цкий – во всяком случае ни одного такого прилагательного нет в весьма полном словаре Зализняка. (Прилагательных на -цкий от существительных на -вик, даже старых, там нет вовсе.) Прекратилось и образование по этой модели прилагательных от этнонимов; рядом со старыми словами калмыцкий, гиляцкий, пермяцкий, мещеряцкий, вотяцкий, остяцкий появились узбекский, таджикский, каракалпакский, кумыкский, лакский, тюркский, корякский, эвенкский. (Уже Ф.М. Решетников писал: Подлиповцы говорят по-пермякски.)

Отсюда можно сделать вывод, что к началу XX века способ образования прилагательных от существительных на к с помощью суффикса -цк- если и сохранял еще продуктивность, то только в просторечии. Но слово большевик проникло в просторечие только после 1917 года, когда о большевиках заговорила вся Россия, – до этого об их существовании знали лишь немногие. И вместе с ним в лексикон «народных масс» вошло мудреное слово большевистский, которое они немедленно переделали в большевицкий. А затем такое «простонародное» произношение (и даже написание), вероятно, усвоили противники новой власти, для которых оно было способом выразить неодобрение. (Заодно замечу, что, насколько я помню, мне ни разу не приходилось слышать или читать в литературе слово меньшевицкий.)

Казалось бы, на этом можно поставить точку. Но изложенная гипотеза находится в видимом противоречии с тем, что я прочел в вышедшей в 1928 г. в Москве книге известного языковеда А.М. Селищева «Язык революционной эпохи» (к которой мне посоветовал обратиться Ю.Д. Апресян): «С суффиксом -истск(ий) употребляются в письменной передаче и большевистский, меньшевистский, хотя существительные не оканчиваются на -ист: большевик (прил. большевицкий; так произносится), меньшевик (прил. меньшевицкий; так произносится). Ср. сущ. бедняк, середняк и прил. бедняцкий, середняцкий» (с. 186). При этом автор не задается вопросом, почему эти прилагательные так пишутся.

Что можно сказать по этому поводу? По-видимому, А.М. Селищев прислушивался к речи «простых людей», звучавшей в первые послереволюционные годы на улицах и на митингах. Тогда еще не было общедоступного радиовещания (как сказано в подзаголовке, книга написана на основе наблюдений 1918–1926 гг.), а через десять лет после выхода книги – это время я хорошо помню – повсюду в домах и на улицах уже были репродукторы, и я слышал эти слова по радио и в школе только в произношении большевисский, меньшевисский – том же, которое дает как нормативное современный орфоэпический словарь С.Н. Боруновой, В.Л. Воронцовой и Н.А. Еськовой. Как долго сохранялась форма большевицкий в просторечии, судить трудно.

Рейтинг@Mail.ru